Жить болезни вопреки

Передо мной молодой человек, не отличающийся от других абсолютно ничем. Но его история едва ли кого может оставить равнодушным. СПИД – это то, с чем этот человек живет каждый день, о чем ежеминутно думает, то, что навсегда и безвозвратно изменило его жизнь. – Я человек, который за свои 30 с лишним лет жизни сделал столько ошибок, что другому на это не хватило бы целой жизни. Но из каждой ошибки извлек урок, а это и есть жизненный опыт. Я рос в неблагополучном районе Петербурга, помните фильм "Интердевочка"? Вот в этом самом дворе, – начинает свой рассказ Михаил. – В очень раннем возрасте познакомился с наркотиками. Сначала, как это всегда бывает, – «травка», ну а потом и все остальное.
После армии плотно сел на иглу, и хотя с 13 лет я сам зарабатывал себе на жизнь, все деньги уходили наркоторговцам. Однажды маме все это надоело, и она предложила мне уехать в Израиль.
– И ты уехал?
– Да. Меня не устраивала та жизнь, которой я жил в России. Я имею в виду мою зависимость от наркотиков, мой образ жизни. Это была попытка убежать от той реальности, в которой я жил. Но тогда я был молод и еще не понимал, что от себя не убежишь.
Я лег в клинику на лечение, а когда оттуда вышел, сел на самолет и улетел в Кибуц (это такой поселок в Израиле, где люди живут коммуной). В первый же день я встретил там ребят, которые, как и я, употребляли наркотики. Они предложили мне дозу, и я сорвался, схватил «передоз»… В общем, еле откачали.
Когда я пришел в себя, понял: или я немедленно поставлю точку на наркотиках, или пропаду.
К тому времени руководство кибуца уже знало случае с «передозом», и меня выгнали. Просто посадили в такси и отправили в Хайфу. Там я нашел маленькую комнатку, снял ее и стал жить. Познакомился с ребятами, такими же как и я, репатриантами (эмигранты, беженцы, – Авт.). Через полгода я переехал в Тель-Авив, устроился на работу. Так все и текло своим чередом, пока через 3,5 года я случайно не встретил человека, который предложил мне полоску героина... С тех пор снова все пошло кувырком, я начал воровать, не раз попадал в КПЗ.
В итоге меня посадили в тюрьму на год. Там у всех брали анализ крови, взяли и у меня. Потом еще раз... А еще через недельку меня повели в медпункт, а там – начальник тюрьмы, соц. работники... Я им сразу и сказал: «Что, у меня СПИД?» Они даже думали, что я раньше знал и молчал, а это преступление. Я просто ответил им, что несложно сложить 2+2. Это было в 2004 году. Меня перевели в специальное место, где сидят больные, там срок свой первый и закончил. А как только вышел, сразу взялся за старое: снова наркотики, воровство. Ведь теперь мне не для кого и не для чего было жить. Скатился тогда ниже плинтуса. Про таких говорят – "конченный" .... Таким я и был.
Через год приехала мама, она меня и отправила на лечение. Я сбежал оттуда через 10 дней, но поскольку обещал ей не употреблять, остался «чистым».
Только вот поздно уже было, на меня снова завели уголовное дело, и начались суды.
Я снова сел. На этот раз на полтора года, а в тюрьме еще год добавили. Тогда и решил, что использую это время для того, чтобы все хорошенько обдумать. Я решил взяться за голову, когда вышел из тюрьмы, начал работать, зарабатывать деньги. Сегодня могу сказать, что живу достойно.
– Это здорово, что ты справился, таких людей не так много, к сожалению. А твои знакомые знают о том, что ты инфицирован?
– Да, все знают. Я во всех случаях говорю при знакомстве, что я больной и никогда не скрываю.
– И как люди на это реагируют?
– По-разному. Внешне все воспринимают нормально, но за эти годы я научился понимать, что на самом деле чувствует человек, когда я ему говорю о болезни. Многие испытывают пренебрежение, страх... Однажды случайно услышал о том как двое таких говорили, что таких как я надо держать в изоляции. Что ж... Я всегда говорю себе в таких случаях: «А если бы ты был здоров, и вдруг узнал, что кто-то болен – как бы ТЫ себя повел?». К сожалению, в нашем обществе до сих пор властвуют предрассудки. Это сейчас я могу придумывать, что отнесся бы к человеку, больному СПИДом, с пониманием. Как было бы на самом деле, не знаю. Ведь в моей же жизни были такие люди, которые, несмотря на мою болезнь, ели со мной с одной тарелки, не боялись обнять, поцеловать. Дружба для них была сильнее всех предрассудков.
– Если бы ты мог вернуться назад, ты бы изменил свои поступки? Или на сегодняшний день ты понимаешь, что все сложилось так, как надо было, и другой жизни ты уже не представляешь?
– Не знаю... Как бы то ни было, мне не жалко времени – я оптимист, и считаю, что жизнь у меня только началась. Я молодой парень, в расцвете сил, руки ноги на месте, голова работает, и неплохо. Уверен, что все еще впереди. А без этого трагического пути, кто знает? Может быть, и не было бы ТАКОГО жизненного опыта?
– Ты проходишь какое-то лечение, профилактику сейчас? Как с этим в Израиле?
– Это долгая история. Сначала мне прописали таблетки, от которых были сильные побочные эффекты – депрессия, неадекватное поведение и т. д. Так что я с подозрением отношусь к таблеткам. Потом, правда, прописали другие таблетки, но я все равно не пью пока что.
– Почему?
– Я хочу, чтобы у меня упал Си Ди 4 (тест на кол-во антител в крови, – Авт.), и я получил пенсию. Потом буду принимать. В Израиле ОЧЕНЬ сильная медицина, и можно доверить свою жизнь врачу.
– То есть таблетки, по сути, ничего не значат?
– Значат, еще и как. Они реально помогают. Можно прожить до глубокой старости.
– Что бы ты мог сказать человеку, если бы он спросил тебя, как не сдаться, узнав о том, что болен?
– Что в мире существуют десятки тысяч болезней, и это всего лишь одна из них. Не надо драматизировать. А вообще, я скоро иду учиться на курсы. Там учат работе с больными. Я хочу быть добровольцем в организации по борьбе со СПИДом.
– Чем занимаешься сейчас?
– Сейчас я работаю завхозом. Мой начальник принял меня на работу, зная, что я вышел из тюрьмы, что я в прошлом употреблял наркотики и что я болею. Ему это нисколько не помешало, ну и я плачу ему тем же – стараюсь не подводить.
– Каким ты видишь свое будущее?
– На следующий год собираюсь поступать учиться на адвоката. Я хотел бы представлять права больных СПИДом в суде. В Израиле очень слабая законодательная основа в этой области. Если получится, то я хотел бы посвятить свою жизнь защите прав ВИЧ-инфицированных. На сегодняшний день очень мало законов по защите наших прав, и я думаю, что мог бы что-то изменить в этой области. Но есть и еще одна причина: врать не буду, здоровье, как песок в песочных часах, идет на убыль, и я чувствую, что очень скоро просто не смогу заниматься физическим трудом. Я быстро устаю, испытываю сильные головные боли, могу часами спать... Это в расцвете сил, а что будет дальше?
– О чем ты сейчас мечтаешь?
– Мне всегда говорили, что в жизни всегда есть место подвигу. Я мечтаю помогать людям в трудных ситуациях. Сегодня я могу с гордостью сказать, что есть на свете люди, которые мне благодарны. Были ситуации, в которых мне удавалось помочь людям, и они это помнят. Мне же это приносит огромное удовлетворение. В такие минуты я чувствую, что жизнь прожита не зря. А еще мечтаю иметь детей. Большего мне и не надо. Странно, но мечты о богатстве меня вовсе не привлекают.
– Есть ли у тебя сегодня вещи, которые по-настоящему радуют тебя?
– Я очень люблю природу. Еду с утра в автобусе, смотрю на деревья, цветы – в Израиле их много – и душа как-то успокаивается. Когда вижу на улице кошку или собаку, стараюсь погладить. Рядом с работой у меня кошка живет, так я ее кормлю каждый день. А она мурлычет, ластится. Как можно не радоваться в такие минуты? Когда я вижу хмурые лица, думаю, почему люди не радуются жизни, почему так озабочены? Нельзя откладывать свое счастье на потом, это я говорю как человек, который точно знает, что жизнь коротка. Нужно использовать каждую минуту и наслаждаться жизнью.
Алеся МОХАНЬ